кассы: +7 (383) 266-25-92
ежедневно с 10.00 до 18.45
администраторы: +7 (383) 266-26-08
 oldhouse@mail.ru
Контактная информация
Версия для слабовидящих

       

«Старый дом» путешествует во времениТатьяна Решке, «Вечерний Новосибирск, 05.06.2009»

«Валентинов день» — так называется ретроистория, которую представил новосибирцам главный режиссёр театра «Старый дом» Линас Зайкаускас.


Автор пьесы, драматург Иван Вырыпаев создал вариацию на тему знаменитой драмы Михаила Рощина «Валентин и Валентина» — написал продолжение истории, которая когда-то потрясла советских зрителей. Герои Михаила Рощина Валентин и Валентина расстались по вине родителей в ту пору, когда им было всего по восемнадцать. События в пьесе Ивана Вырыпаева «Валентинов день» происходят двадцать, и тридцать, и сорок лет спустя. В ней рассказывается, как после долгих лет разлуки герои встретились вновь. И вновь потеряли друг друга...

Отношения между персонажами невероятно запутанны, сложны, а временной поток, в котором протекают события, — причудлив и непредсказуем. Мы видим, как на сцене оживают то советские 70-е, то 80-е и 90-е... а то и вовсе — нынешний век, год этак 2012-й. Зритель, покупающий билет на «Валентинов день», должен знать: как только начнется первое действие, времени больше не будет. (Может, это все проделки ангелов-дворников, которые бродят по сцене теплой компанией и выметают с тротуаров желтую «прошловековую» листву?) Почти непрерывное пенье аккордеона создает особую, ностальгическую атмосферу. А иронические реплики «от автора», пальба из «философского ружья» вовремя сбрасывают с небес на землю. Действие происходит в самых неожиданных местах: в бассейне «Христа-Спасателя», в небе над Витебском... При этом каждую из главных женских ролей играют аж три исполнительницы. В общем, режиссер постарался осуществить то самое, что обещал накануне премьеры, — «абсолютно эклектическую» мелодраму, ироническую и лирическую одновременно. «Стеб хорошего тона», который должен соседствовать с глубиной и серьезностью чувств.

Глубина, серьезность, ирония — в пьесе Ивана Вырыпаева все это, несомненно, присутствует. Что же касается постановки Линаса Зайкаускаса, то она производит впечатление... очень двойственное. С одной стороны, спектакль получился зрелищный (тут и диапроекции поспособствовали, и воздушные шарики, и пробежки в скафандрах). С другой стороны — напряжение вызвали угловатые, взвинченные манеры исполнителей. Наигрыш, который вообще-то никогда раньше не был свойственен стародомовцам, расцвел махровым цветом в постановках Линаса Зайкаускаса.

На сцене новосибирского театра литовский режиссер поставил три спектакля. В «ювелирной штучке» под названием «Чувства» актеры почти без слов разыгрывали чеховские мотивы. Для «Старого дома» это было нечто новое, волнующее, экзотическое. «Пять пудов любви» шокировали надрывом и в то же время подкупали изобретательностью, неожиданностью трактовок. В конце концов, «Чайку» Антона Павловича интерпретировали бессчетное количество раз, и попытку Линаса Зайкаускаса подойти к материалу нестандартно можно понять... Зачем понадобилось вносить элемент клоунады в «Валентинов день» (выкрики, вздрагивания, беготню с энергично работающими локтями) — остается загадкой. В пьесе Ивана Вырыпаева речь шла «о главном» — о любви, неистовой и бесконечной, о ревности, о преданности... По мнению Линаса Зайкаускаса, в наш скептический век о столь глубоких вещах говорить всерьез просто невозможно. И по-своему режиссер прав: ударяться в патетику — дело неблагодарное... Однако стеб — тоже, оказывается, не выход.

Как и в «Пяти пудах любви» с Ириной Алферовой в главной роли, больше всего в новом спектакле впечатлила игра «старой гвардии». В первую очередь — Халиды Ивановой, народной артистки России. Когда ее Валентина рассказывает о юности, о жизни, о любви — ее откровениями трудно не проникнуться. Вдова главного героя Катя в исполнении Ольги Кандазис получилась колоритной, эксцентричной, безбашенной особой. Молодые люди (персонажи, которым по восемнадцать) выглядели довольно гротескно. А поскольку пьеса Ивана Вырыпаева — пьеса чудесная, богатая на подтексты, ассоциации, отношение к героям менялось от действия к действию. В голову приходили сложные философские вопросы: что такое счастье, например? Кем надо быть, чтобы стать счастливой — женой или любимой (что, как известно, не всегда одно и то же)? Можно ли стерпеть вранье близкого человека? В особенности, если видишь ситуацию насквозь?

И все-таки самый главный вопрос «Валентинова дня» касается даже не самого спектакля, а творчества «Старого дома» в целом. Театра, который принял и воплотил взрывные концепции литовского режиссера (теперь уже — главного режиссера)... Удастся ли «Старому дому» сохранить свой шарм, естественность, волшебный теплый дух, за который его так любили и любят тысячи новосибирцев? Или «Старый дом» превратится в «театр стеба», делающий ставку на эпатаж, не всегда внятный, понятный и оправданный?

Вернуться к прессе