кассы: +7 (383) 266-25-92
ежедневно с 10.00 до 18.45
администраторы: +7 (383) 266-26-08
 oldhouse@mail.ru
Контактная информация
Версия для слабовидящих

       

Премьера в «Старом доме»: братоубийственная любовьНина Пашкова, «Сибкрай.ru»
В спектакле «Бiр, екi, уш (Беруши)» на сцене театра «Старый дом» действуют не три сестры, а два брата, и до Москвы они уже благополучно добрались, в ней поселились и обосновались. Но пусть эти внешние различия с чеховским сюжетом вас не смущают. Сходство глубже.

Нашумевшая пьеса молодого московского автора Олжаса Жанайдалова впервые поставлена на российской сцене. Премьера состоялась в новосибирском «Старом доме». Если русская классическая литература вышла из гоголевской шинели, то вся наша нынешняя драматургия, без сомнения, выросла из «Трех сестер» Чехова. А стремление «в Москву! в Москву!» стало лейтмотивом жизни для многих современных, далеко не чеховских персонажей.
 
В спектакле «Бiр, екi, уш (Беруши)» на сцене театра «Старый дом» действуют не три сестры, а два брата, и до Москвы они уже благополучно добрались, в ней поселились и обосновались. Но пусть эти внешние различия с чеховским сюжетом вас не смущают. Сходство глубже.
 
Старший брат Кайрат (актер Евгений Петроченко) и младший Жолан (Андрей Сенько), уроженцы Алма-Аты, а ныне настоящие москвичи – не какие-нибудь гастарбайтеры, а полноправные жители российской столицы, с образованием, работой и пропиской. Вот только счастья это им почему-то не принесло. И дело совсем не в том, что они оторвались от корней и утратили национальную идентичность, или как там это называется.
 
Национальный колорит, упорно навязываемый нам режиссером (вроде говорящего по-казахски Дмитрия Медведева на телеэкране), – обманка для отвода глаз. Просто жизнь такая алогичная и неправильно устроенная штука, что ты всегда почему-то оказываешься не тем, кем хотел, и не там, где надо. В общем, не на своем месте. А казах ты при этом или русский, или вообще космополит – ей, жизни, все равно. Вот и рвешься «в Москву, в Москву», подразумевая под этим не конкретный географический пункт, а то самое место, где ты должен быть и где тебя нет.
 
Один хочет нормальную семью и двух сыновей, а женится на бесплодной проститутке. Другой любит все казахское и ненавидит русское, мечтает о жене-казашке, чтобы готовила бешбармак и баурсаки. А сам забыл родной язык, матерится по-русски, по-русски с утра до ночи хлещет пиво и спит с русской девушкой – «орыс». Один по образованию строитель, но работает в школе учителем. Другой окончил с красным дипломом пединститут, но занимается тем, что кладет в квартирах полы. Русская девушка Таня любит старшего брата Кайрата, а замуж должна выйти за младшего Жолана… 
 
Тотальная, фатальная несложенность, неустроенность. Все не так. Не так, как хочется, не так, как мечталось. И никто не виноват. И ничего нельзя сделать. Человек – не хозяин своей судьбы, не кузнец своего счастья. Он – заложник этого замкнутого пространства жизни, из которого не вырваться.
 
Все очень по-чеховски. Вот только чеховский выход – «неси свой крест и веруй», и тогда будет «не так больно» – в наше время уже не срабатывает. В том-то и беда, что «веровать», а тем более «нести свой крест», мы не умеем. 
 
Вообще-то, «бiр, екi, уш» вовсе не переводится как «беруши». Просто удачное созвучие. «Бiр, екi, уш» – это «один, два, три» по-казахски. Или игра наподобие нашей, знакомой с детства «камень, ножницы, бумага». Жолан в ней всегда выигрывает. А беруши, как известно, – затычки для ушей. Чтобы посторонний шум не мешал жить. Чтобы отгородиться от мира. Чтобы не слышать, о чем говорит собеседник. Например, любимая девушка – о том, что она беременна. Очень полезную штуку купил себе младший брат.
 
За что они ни берутся, все валится из рук. Неудивительно, что все так обозлены и нетерпимы. Злятся на жизнь, на себя, на тесноту квартиры, на отсутствие денег, а вымещают друг на друге. Маленькие трагедии, которых полно в каждом подъезде за каждой дверью. И в большие, чтобы потрясало и пробирало до костей, им не вырасти. Ружье – точнее, пистолет –  появится на сцене, но так и не выстрелит. Покушение на брата, задуманное Жоланом, не удастся. Да и покушение тоже, как и все остальное, кто бы сомневался. «Выстрелит» в итоге не ружье, а сон, который приснился Кайрату: младший брат, лежащий с разбитой головой, череп треснул, всюду кровь и мозги, похожие на цветную капусту… И к чему бы такой сон?
 
Жестокий сон окажется в руку. Только наяву это неожиданно вызовет не злорадство, а боль. Ты снова выиграл – почти с завистью говорит погибшему Кайрат. Что значит – ты вырвался. Тебе повезло… А нам, оставшимся, что делать?
 
Молодой московский режиссер Артем Терехин выбрал для постановки пьесу молодого же московского писателя и журналиста Олжаса Жанайдалова – пьесу недавнюю, но уже прославившую своего автора: в 2011 году она получила Гран-при на VI Международном конкурсе современной драматургии «Свободный театр» и первую премию Международного конкурса драматургов «Евразия». Сначала эта режиссерская работа была сделана в виде эскиза в рамках мастерской «Актуальный театр», которая проходила в «Старом доме» в ноябре прошлого года, а затем по итогам зрительского голосования была признана достойной того, чтобы претвориться в полновесный спектакль. Кстати, это еще и первая постановка «Бiр, екi, уш» в нашей стране – так сказать, российская премьера. 
 
Как ни странно, спектакль, несмотря на несимпатичность персонажей, не оставляет впечатление привычной новодрамовской чернухи. Может, потому, что от той ненависти, которую питают друг к другу братья, оказывается всего один шаг до любви…

Вернуться к прессе