кассы: +7 (383) 266-25-92
ежедневно с 10.00 до 18.45
администраторы: +7 (383) 266-26-08
 oldhouse@mail.ru
Контактная информация
Версия для слабовидящих

       

АНТИЧНАЯ СОВРЕМЕННОСТЬЕлизавета Печеркина, «Театрон»
Спектакли театра "Старый дом" (Новосибирск) еще с детства приучили к классическому формату. Всегда казалось – там нет авангарда. Но постановка итальянского режиссера Антонио Лателла разорвала все стереотипы. Античные трагедии Еврипида "Электра", "Орест" и "Ифигения в Тавриде" воплощены далеко не в классической манере.

Спектакли театра "Старый дом" (Новосибирск) еще с детства приучили к классическому формату. Всегда казалось – там нет авангарда. Но постановка итальянского режиссера Антонио Лателла разорвала все стереотипы. Античные трагедии Еврипида "Электра", "Орест" и "Ифигения в Тавриде" воплощены далеко не в классической манере.
     Начало кажется слегка затянутым: три пары актеров, в совершенно одинаковых одеждах и прическах, совершают непонятные действия. Кто Пилад (Георгий Болонев), кто Орест (Анатолий Григорьев), что за девушки сидят на заднем плане? И первые мысли после десяти минут просмотра "Зачем я сюда пришла?" и "Что это за спектакль?". Все встает на свои места только к концу представления. 
 
 
     Постановка состоит из трех частей, а точнее, из трех маленьких спектаклей, в которых с каждым разом абсурд и фарс нарастают все больше и больше. Самая первая часть довольно драматична, в ней редко проскальзывают шутки. Как и в пьесе Еврипида, происходит встреча Ореста и Электры (Светлана Марченко), убийство Клитемнестры (Яна Сигида) и начало страданий главного героя. Но все же в этой осовремененной версии Антонио Лателла нашел место и античной традиции. Это присутствие хора на сцене (две актрисы, одетые в одинаковые одежды), и финальная сцена первой части, когда мать Ореста и Электры сидит на стуле перед зрителем и корчит лица, будто надевая на себя древнегреческие маски – страх, злобу, радость.
 
     Первое, что бросается в глаза: здесь нет античной одежды. Нет хитонов, нет иподиматов (сандалии), нет венков. Простая современная одежда граничит с совершенно абсурдными нарядами (например, платье и парик эпохи Рококо, в которые одета Афина в самом конце спектакля). В первой части персонажи носят в основном черный (Орест, Пилад, Электра) и ярко-красный (хор и Диоскуры – Сергей Дроздов, Виталий Саянок). Но в последующих действиях появляются и другие цвета, преимущественно – белый.
 
    То и дело из уст героев проскальзывает всем знакомое имя – Гамлет. Орест, страдая от того, что убил мать, очень напоминает персонажа шекспировской драмы. Он как маленький мальчик, выброшенный на произвол судьбы, скитающийся, запутавшийся и превратившийся в неврастеника.
 
   Вторая часть спектакля не такая напряженная, как первая. Здесь постановщик дал зрителю расслабиться вдоволь. Здесь же Пилад, молчащий в первой части, наконец-то начинает совершать какие-то поступки. Он начинает показывать свою преданную дружбу к Оресту и всячески помогает тому советом. Еще одним персонажем, безусловно, незримым (иначе сложно представить, как бы это выглядело), является Че Гевара. Орест носит майку с Че Гевара, герои постоянно исполняют песню "Команданте Че Гевара". Это выглядит на грани абсурда, но непонятное на первый взгляд использование образа лишь отражает идею создания кумиров. Раньше люди поклонялись Богам, теперь же, в современной жизни, люди создают новых идолов. Да и сами Боги в спектакле оказываются не теми, кем зритель привык их видеть. Красавец Аполлон (Яна Сигида) превращается в чучело со странным париком и в клоунском костюме. Сидя за столом со всеми персонажами, он хрипящим голосом (по-видимому, отголоски "Крестного отца") предсказывает будущую жизнь Ореста и его сестры.
 
  Спектакль вообще очень кинематографичен. Герои не стоят на месте, они всегда двигаются. Они громко разговаривают, поют песни или танцуют. Немая сцена, а точнее немой "фильм", который показывают актеры в середине второй части, еще раз подтверждает это. Современный зритель с эдаким "клиповым сознанием" за пять часов спектакля не должен скучать, но выдержать столько времени в зрительном зале не всегда просто.
 
   Верх абсурда – последняя часть "Трилогии". Слишком много в ней всего – и юмора, и драмы. Вся эта часть очень "американизирована". И в древнегреческой пьесе режиссер находит влияние массовой культуры на человека. Девушки из хора (Ирина Попова, Лариса Чернобаева) одеты как Мэрилин Монро, а Диоскуры – как ковбои. Сама Ифигения (Олеся Соколова) к середине части одевается в знаменитое белое платье из фильма "Зуд седьмого года". Здесь же появляется царь Фуант (Сергей Дроздов) в костюме супермена и на костылях. Рок-н-ролл, песня "Hotel California" (исполненная, кстати, с явным русским акцентом) – "американская мечта", примеренная на греков, выглядит совершенно нелепо.
 
   И эта же "американская мечта", которая захватывает умы людей уже очень много лет, становится своеобразной заразой. Заразен, по словам Ифигении, Орест, матереубийца. Заразен идеей, ведь, поклоняясь Аполлону, своему кумиру, он убил мать. Заразен Пилад, который тоже причастен к убийству. Ифигения, со статуей Артемиды, в спектакле представленной как статуя Свободы, кричит всем жителям, чтобы те заперлись в домах, дабы не заразиться от этого. Но заразиться от чего? От матереубийства? Нет. От той самой "американской мечты". Ведь неспроста бегут они на корабль, который увезет их за океан.
 
   Кажущийся абсурд многие могут воспринять только в штыки. О чем спектакль? Да обо всем. Древнегреческая драма сопоставима с нашей современной жизнью. Возможно, спектакль о том, как вымирает самобытная культура и на смену ей приходит чуждая, заразная, пустая. Возможно о том, к чему приводит создание человеком себе кумиров. О том, к чему приводят интриги. А может быть просто о человеческой жизни. О человеческой комедии.

Вернуться к прессе